В гостях у художника: Михаил Смаглюк

"Афиша ЮГА" продолжает проект "В гостях у художника", в рамках которого мы общаемся с краснодарскими живописцами, графиками, скульпторами и прочими творческими людьми прямо в их мастерских.

Кажется, что Михаил Смаглюк умеет все: от реставрации музейных экспонатов и создания ювелирных украшений до изготовления музыкальных инструментов, масштабных инсталляций и художественных миниатюр. Он любит "быстрое искусство", но готов ежедневно в течение двух лет работать над одним пасхальным яйцом, продолжая традиции Фаберже. Он принципиально не продает свои работы и не уезжает работать за границу, потому что ценит творческую свободу гораздо больше гонораров. Его фирменное клеймо – лист дерева гинкго, символизирующего самообновление. И вся его жизнь – наглядное тому подтверждение.

Мастерская Михаила Смаглюка находится на территории Краснодарского историко-археологического музея-заповедника имени Фелицына, где он уже больше 30 лет работает реставратором. Спускаемся по деревянным ступенькам в подвальчик и попадаем в другой мир: мастерская Михаила наполнена бесчисленными инсталляциями, которые он сам называет "мульками", разнообразными коллекциями, книгами, музыкальными дисками и т. д. Глаза не успевают остановиться на одном арт-объекте, как внимание переключается на другой. Помните то ощущение, когда вы впервые в жизни попали в магазин игрушек? При этом каждый из объектов, хотя и вызывает улыбку, наполнен глубоким философским смыслом.

Как давно Вы обитаете в этой мастерской?

– Тридцать лет и три года... как в сказке у Пушкина.

И не променяли бы ни на что, да?

– А альтернативы нет. Так, как сейчас, больше нигде не будет. Ты же не задумываешься о замене своей сущности. Ты можешь сделать себе красивый макияж, можешь нарядиться, но суть твоя от этого не меняется. А эта мастерская – моя сущность. Это все уже вросло.
Когда я сюда приехал, здесь были голые стены, а теперь... Приходил как-то ко мне космонавт Георгий Береговой и говорит: "Как в космическом корабле!". Потому что все эргономично, все так, как мне удобно.

Такое ощущение, что здесь даже самые обыденные предметы обретают новое звучание, новую силу.

– Совершенно верно. Порой два-три предмета соединяются и вместе обретают совершенно иные смыслы и звучания. Тут у меня много всего есть. Ну вот, что первое попадется на глаза: например, этот кошелек. Говорят же про деньги: как пришли, так и ушли. Вот и смотри…
(тянет за пружину висящий над рабочим столом кошель с крылышками и тот начинает парить туда-сюда)

А недавно мне в голову пришло создать такие ножницы-перья. Шел я на работу, нашел перо, поднял. Перья мне нужны, чтобы мешать реактивы, они не разрушаются от кислот. Пришел в мастерскую кинул на стол, а перо четко легло на ножницы. Тут меня осенило и я сделал ножницы прикольные, выложил в Facebook вот.

Отдаете дань социальным сетям?

– Дело в том, что я сижу в норе, ниже уровня канализации. (улыбается) Тут тишина, это мой мир. Вечером иду домой. Семьи, к сожалению, у меня нет. Так сложилось. А дальше что? Раньше был телевизор, 4-5 лет назад появился компьютер. Вроде не дружу с кнопками, но освоил до какой-то степени. А тут недавно живописью занялся. И мне, как артисту, нужен зритель. А в Faсebook есть какие-то люди, какая-то реакция на то, что я делаю.

Вы в последнее время ушли больше в современное искусство.

– Это вы так думаете, что в последнее. Я этим занимался, когда еще был молодым человеком и не знал, что такой вид искусства вообще существует. Я непроизвольно это делал, интуитивно.
А потом, примерно в 70-е годы, мне под страхом смерти дали альбом Сальвадора Дали. Тогда ж это было запрещено. И там я увидел арт-объекты и так далее... Для меня это было настоящим открытием, что кто-то кроме меня этим занимается. Конечно, я не сравнивал работы. Я молодой человек, а он такая звезда... Да и заграница для нас тогда была чем-то абсолютно недосягаемым, космическим. Тогда же был железный занавес, и эти крупицы информации очень дорого доставались.

Говорят, Вы очень не любите, когда Вас сравнивают с кем-либо и называют "кубанский Фаберже", "кубанский Страдивари", "кубанский Дали"...

– Да, не люблю. Я так скажу: давать такие ярлыки – это исключительно по-провинциальному. Но это не худший вариант ярлыка. (смеется) Хотя, конечно, это не есть хорошо. Я понимаю, что людям нужна какая-то печка, от которой можно что-то начинать.

Не думали о переезде – в столицу, за границу?

– Боже упаси! Да и куда я поеду? Кому я нужен? Меня в свое время и в США трижды звали, предоставляя гринкарту, и во Францию, Израиль, и Югославию...
Мои амбиции у меня здесь в мастерской. Если что-то получилось, то тут у меня все: и амбиции, и цунами. Я знаю, что покоряя мир, можно и в штаны, извините за грубость, наделать. Его не покоришь.
Я больше всего ценю спокойствие, душевное равновесие, которого, к сожалению, иногда и не бывает. Все что я делаю, это волнительно. Это только кажется, что все играючи происходит, а на самом деле... Ничего более-менее значительного не получится, если не тратить нервы.

Не зря же говорят, что талант требует от художника жертв.

– Конечно. Художник отдает, например, здоровье, эмоции. Но на жертвы приходится идти.

Одна из целей вашего творчества – это поиск гармонии, той золотой середины?

– Наверное, можно и так сказать. Конечно же, для каждого эта середина своя: кому-то арбуз, кому-то хрящик. Тем не менее, кушать хочется всегда – все равно этот арбуз или хрящик съедят, рано и или поздно.

Часто получается достигнуть хотя бы подобия этой середины?

– А вот, дай Бог, ложишься спать с этой мыслью. Потом, дай Бог, с этой мыслью утром проснулся, потом продолжаешь ее и так до вечера, и потом все начинается сначала. Конечно! Это образ жизни! Не я один это говорю, но для меня это уж точно так. То, чем я занят, а я занимаюсь всем, это нагрузка большая, но я это ни на что не променяю.

(рассматриваем очередной арт-объект)

Этот объект называется "Узелок на память, чтобы не забыть закрыть тюбик с краской". Раньше это был тюбик из-под зубной пасты. Когда-то в советское время мне кто-то привез его из Америки. И как я мог его выбросить?! Я в тубус налил резинового клея и пользовался им, пока тот не загустел. Я тогда открыл его, потянул, а он вытянулся в шнур такой. Потом мне пришла в голову такая мысль, завязать узелок. И теперь это арт-объект, ни больше ни меньше.
Я это называю игрой в арт-объекты, игрой в искусство (боюсь этого слова). Это моя игра.

По жизни играючи, да?

– Да, желательно. Правда, с возрастом я с недовольством начинаю замечать за собой, что какой-то угрюмый становлюсь. Но, невзирая на это, я продолжаю делать те же ножницы из перьев, писающего мальчика и т.д.
В каждом из нас есть кем-то когда-то заведенный механизм, пружина. Я механик, поэтому я перевожу аналогию на механизм. У кого-то эта пружина накручена сильнее, у кого-то слабее...Мне ее кто-то ох как накрутил, и она теперь раскручивается, давит на шестереночки, они вращаются, я дергаюсь, вот и все. А то, что получается, вы видите.

Раз мы заговорили про возраст, то не могу отметить, что Вы не выглядите на свои года. И не чувствуете?

– Абсолютно! Мне 24 года. Не знаю, почему именно 24, но как-то запала мне эта цифра в голову.
Я очень люблю невымученные объекты, рожденные за три минуты. Я придумываю, а у меня начинают трястись руки, потому что я уже вижу, осталось щепочку воткнуть, булавочку найти. Адреналин такой.

Вот и раскрыт секрет: как же не быть молодым, если адреналин в крови каждый день от открытий.

– Да-да. Мало того: я до 40 лет выпивал хорошо. А потом осознал и перестал. Но как и звание Героя Советского союза, звание алкоголика дают пожизненно, и никуда от этого не денешься. Это и состояние души, и мировоззрение. Но самое главное: для чего это все делается? Чтобы получать кайф, адреналин.
Поэтому, будучи непьющим человеком, я нашел себе прекрасную замену зелью. Это здесь, в мастерской. И когда мне что-то удается, то я всегда говорю друзьям: все, пора "бухать". Особенно, когда рутина, длительная работа (вот как с виолончелью сейчас), то "иду за бутылкой", ставлю холст и рисую. А рисую я 3-5 часов максимум. Удалась картинка, я "закусил" и домой.

Т.е. творческая активность только возросла после того, как Вы ушли в завязку?

– Конечно, раза в два!

Живописью Вы занялись совсем недавно?

– Да, в апреле было два года, вот третий пошел. Это было такое осложнение от гриппа. Заболел я тогда сильно, температура под 40, антибиотики никогда не пил, так переболел. После прихожу в мастерскую вижу картон лежит, дай-ка, думаю, попробую. Вот с этого дня и началось, я крепко на это подсел. Я понял, что здесь можно замечательно "бухнуть". (смеется) Дело в том, что большинство моих работ – долгие, они на год могут растянуться. А для подпитки нужны быстрые работы. За это я и люблю арт-объекты.

Я вот сейчас смотрю на свои долгие работы, на пасхальные яйца, например, и сам удивляюсь: надо же! Одно я делал ежедневно год и 8 месяцев, а второе – 2 года. Это же с ума можно сойти! Если бы мне сейчас предложили их сделать, то я бы лучше стреляться пошел.

Вы прямо человек-парадокс.

– Я разным могу быть. Был тогда такой период, но он прошел, и я больше не хочу к этому возвращаться. Я находил удовольствие и в этом двухгодичном процессе, но больше я туда не хочу.

Какой работой Вы больше всего гордитесь?

– Я отвечу одной старой притчей. Спрашивают: "Какое самое лучшее вино?" "То, которое налито в стакане".

(Михаил показывает свою коллекцию досок страховых компаний Екатеринодара и Краснодара)

– Начал ее собирать в 1971 году. У меня ее все хотят выудить, но я не поддаюсь. В конце концов, конечно, подарю ее городу, но пока пусть еще повисит. Многие ездят по стране, находят, меняются, такая солянка получается.
А у меня коллекция вся снята в нашем городе, собственноручно. Про каждую из досок можно рассказывать всякие истории – и воровские, и криминальные.

Почему вы так часто используете в своем творчестве лист дерева Гинкго?

– Я учился в школе №48, которая была построена на месте атаманского сада, где росли разные редкие экзотические деревья, в том числе и единственное в городе дерево гинкго. Тогда ребенком я впервые в жизни увидел его, и оно мне запомнилось. С тех пор оно вот рядом со мной.

(Михаил достает свою известную композицию "Утекающее время", выполненную в технике гильоши, которую он возродил. На листе гинкго изображена капля, в которую устроен часовой механизм, рядом сидит божья коровка)

Вот тут секундная стрелка изображена, я придумал к этой композиции двустишие: "Божья коровка не знает, когда стечет капля". Тут такая кубанская Япония. Мне очень близка японская философия и эстетика. Своей лаконичностью, символизмом.

Вы свои работы не продаете?

– Нет, мы свои работы не продаем. (смеется) Было дело, приходили ко мне разные высокие гости, но нет, не продал. А зачем мне деньги? Вот я сейчас бы вам что показывал? Червонцы? Зато я их отправляю на выставки. Например, сейчас я участвую в Калининграде на Всероссийской ювелирной выставке. Там 10 моих работ выставлено.

Раньше я кое-какие изделия делал на продажу, надо же было на что-то зелье покупать. А в 1991 году вместе с решением бросить пить, пришло и решение бросить коммерцию и заняться собой любимым.

Тогда все работы можно назвать Вашими детьми, раз Вы так не хотите с ними расставаться.

– А как иначе? Вот, например, почему меня называют кубанским Фаберже? Потому что я работаю так же, как работали до революции. Вот этот станок для гильоширования металла я придумал и сделал сам, не выходя из мастерской. Причем этот станок универсальный. До революции станки имели очень узкую специализацию, а мой и радиальный, и концентрирующий, и по цилиндру – комбинаций бесчисленное множество, а в основе лежит синусоида. То есть такого станка больше нигде нет.

Кстати, эту схему смещения синусоиды я взял и для реликвария с капсулой священной кубанской земли, который является символом власти губернатора Краснодарского края и передается при инаугурации. Всего я создал три общественно значимых вещи: кроме реликвария, еще булаву для Кубанского казачьего войска и ковчежец с частицами святых мощей преподобных Никона Тмутараканского, Ильи Муромца и Нестора Летописца для епархии. Для чего я их сделал? Для того, чтобы обозначиться, а не ради денег.

А еще я вам сейчас покажу одну из последних моих работ. Она называется "Точка", к ней я придумал двустишие: "Знаком станет точка, и хаос – порядком". Речь идет о нас с вами, о Вселенной, о Порядке и Хаосе, о том, как они все вместе уживаются и взаимодействуют.
Все нормальные порядочные люди стремятся к божественному порядку. Верят или не верят они в Бога или в сверхъестественное, но внутренне стремятся. И если вы будете смотреть внутрь композиции, то увидите свое отражение и почувствуете, как вы стремитесь туда, внутрь. И остальные тоже могут смотреть, и все будут стремиться в одну точку, к Порядку.

Ко мне как-то приходил профессор и долго говорил про теорию Большого взрыва и т. д. А я чувствую, что мне неинтересно. Я ему говорю: "Ты мне вот тут все рассказываешь, а я тебе сейчас покажу". И достаю ему "Точку". Он смотрел-смотрел, потом как ахнул, говорит: "Да это ж надо в качестве модели Вселенной нашим студентам показывать".
Когда некоторые художники начинают учить, проводят мастер-классы, то я говорю: "Вот ты рассказываешь столько, а ты достань и покажи". А показывать что? А нечего, а отсюда и подмена, и демагогия.

***

Потом Михаил еще долго водил нас по своей студии и показывал разные инсталляции: "Бесконтактные очки", "Железный занавес", "Загадку Фанагории", "Головокружительную", Коня в пальто" . А после еще был импровизированный концерт на самодельных инструментах.
На выходе из подвальчика Смаглюка висит вывеска "Краснодарский академический театр Драмы", и ослиные уши весело провожают то ли в реальный мир, то ли, наоборот, в ненастоящий.

Смотрите также:

В мастерской художника: Михаил Смаглюк (фоторепортаж)

В гостях у художника: Владимир Мигачев

В гостях ухудожников: Костя Ре и Настя Зуева

В гостях у художников: Арт-группа Recycle


Недопустимы и будут удалены комментарии, содержащие рекламу, любые нецензурные выражения, в том числе затрагивающие честь и достоинство личности (мат, оскорбления, клевета, включая маскирующие символы в виде звезд или пропуска букв), заведомо ложная или недостоверная информация, которая может нанести вред обществу (читателям), явное неуважение к обществу, государству РФ, государственным символам РФ, органам государственной власти РФ, а также любое нарушение законодательства РФ.

Читайте также

Реклама на портале