"Рожденные пустотой": между Бергеном и Краснодаром

В Краснодаре открылась международная выставка "Рожденные пустотой". Целью одноименного проекта, который был реализован Краснодарским институтом современного искусства при поддержке лофта "Типография" и портала ЮГА.ру, является создание художественных взаимосвязей между двумя городами – Берген (Норвегия) и Краснодар.

Четыре студента Бергенской академии художеств – Александр Раевский (Молдова), Егиль Паулсен (Швеция), Лассе Орикстад (Норвегия) и Хидэми Нишида (Япония) – в течение нескольких дней вместе с участниками краснодарской арт-группировки ЗИП работали в столице Кубани, Анапе и на "Арт-даче" в Пятихатках. Их впечатления нашли отражение в работах, представленных на выставке.

Перед ее официальным открытием художники рассказали "Афише ЮГА" о своих впечатлениях от проекта, о своих работах и о том, что нужно России для прогрессивного развития современного искусства.

Расскажите, как родилась идея такого необычного проекта – арт-сотрудничества между Бергеном и Краснодаром?

Александр Раевский: Изначально двигателем всего этого процесса был я. Год назад я был в Краснодаре, а еще до этого мы познакомились с ребятами из КИСИ в Москве, где в рамках биеннале участвовали в одном проекте, так и завязались наши дружеские связи. Также я помогал ребятам в организации проекта "Может!" – подключал некоторых знакомых с европейской территории, которые приняли участие в фестивале.
Изначально идея была такова, что по итогам "Может!" будут отобраны люди для участия в выставке в Краснодаре и летней резиденции. Впоследствии частично так и получилось, а частично я отобрал студентов из Бергенской академии художеств, которая является одним из основных партнеров и спонсоров этого проекта – благодаря финансовой поддержке вуза у нас появилась возможность приехать сюда. Мы выиграли грант на групповой проект, который практически полностью покрывает транспортные расходы.

По какому принципу отбирались участники?

А.Р.: По качеству работ. Мне показалось, что это более потенциально заряженные люди, и что они будут более адекватно и "читабельно" смотреться в контексте данного региона. Я посчитал, что именно эти ребята смогут наиболее быстро интегрироваться в это пространство и отрефлексировать на то, что они видят.

И как участники отнеслись к идее данного проекта?

Лассе Орикстад: Очень было приятно познакомиться с местными художниками, они отличные ребята. Вместе мы поехали в Пятихатки, где у нас был воркшоп. А город мы практически не видели, потому что находились, в основном, внутри здания "Типографии".

Егиль Паулсен: Идея выставки мне очень понравилась, так как она является частью совместной работы, благодаря которой удалось посетить новые места, познакомиться с новыми людьми и местной арт-сценой, обменяться культурным опытом.

Л.О.: Причем культурных различий у нас не так уж и много. То, что мы живем в разных городах – вот основная разница.

Из чего состояла программа пребывания в Краснодарском крае?

А.Р.: Когда мы прилетели в Москву, решили на пару дней задержаться там, чтобы посмотреть на культурную ситуацию в целом, так как некоторые ребята первый раз в России и особо ничего о ней не знали. А приехав сюда, приятно удивились, что здесь еще есть и жаркие места. Буквально на следующий день после прибытия в Краснодар мы отправились на арт-дачу в Пятихатки.
В Европе, кстати, это очень распространенная практика – долгосрочные или краткосрочные резиденции для художников, своего рода артистические коммуны. И арт-дача – ярчайший пример такой коммуны.
Там мы обменивались опытом с людьми, пытались понять среду, в которой оказались. На основе знакомства с регионом планировали собрать кое-какой визуальный материал, который впоследствии должны были перерабатывать в проект. Результат как раз представлен в рамках экспозиции "Рожденные пустотой".

То есть когда вы сюда ехали, еще никакой конкретно оформившейся идеи не было, она появилась уже здесь?

А.Р.: Основная идея была в налаживании культурных связей между нашим территориальным пространством и Краснодаром. Потому что по сути ее не существовало. И мы надеемся, что это далеко не последний шаг. В идеале было бы замечательно, чтобы и краснодарские художники имели возможность в обозримом будущем репрезентовать свои работы бергенской публике в Норвегии. Тогда весь наш проект имел бы наиболее конструктивный характер.

Как вам работалось с краснодарскими художниками? Понравилось сотрудничать?

Л.О.: Было здорово! Это даже не столько сотрудничество. Когда встречаются люди со схожими интересами, знакомятся, узнают друг о друге, для меня это больше дружба.

Хидэми Нишида: Я очень счастлив был познакомиться с краснодарским арт-комьюнити. Когда у тебя есть возможность проникнуть внутрь этой общины, ты начинаешь понимать, чем она живет, что думают здешние люди. Еще мне очень нравится пространство в "Типографии", очень нравятся все предметы, которые находятся здесь. Они помогают глубже прочувствовать тот территориальный контекст, в котором я оказался. Мой проект как раз получился реакцией на это все. У меня был подобный проект в Италии, но он имел другой визуальный язык и месседж и был прикреплен к тому пространству, в котором оно находилось.

Е.П.: Я согласен с Лассе, что сотрудничество – это слишком официальное слово. Атмосфера была очень дружеской, мы отлично проводили время. Мы не знали, что именно будем делать в итоге, а просто собирали различный материал, который бросался в глаза нам как иностранцам. Его нашлось прилично, и там, в Пятихатках, мы устроили мини-выставку в так называемой галерее "Яма". Для меня это не просто демонстрация работ, а совместная работа над чем-то.

Л.О.: Для каждого художника интересно, как он отреагирует на то или иное место, и во что это выльется. Вот я, например, совершенно не задумывался о конечной идее, и она родилась буквально за два последних дня.

Часть этих работ из "Ямы" вы привезли сюда?

А.Р.: По-разному. Некоторые материалы мы позаимствовали в Пятихатках прямо у местных жителей, поэтому пришлось отдавать. Часть перенесли на ард-дачу к братьям Субботиным. Так что о дальнейшей судьбе этих работ знают лучше они (улыбается).

Что предполагает название – "Рожденные пустотой"?

А.Р.: Под пустотой здесь понимается тот самый вакуум, который существует между нашими территориями – Краснодаром и Бергеном. И благодаря какому-то стремлению, культурной интеграции друг в друга, культурной коммуникации, мы эту пустоту попытались заполнить.
Чувствуется, что между нами есть пробел. Но мы ведь все одновременно развиваемся в современной цивилизации, она не имеет территориальных границ, кроме тех, что в нашем сознании и формальных – политических. 

А вы успели познакомиться с выставками, которые уже проходили в "Типографии"?

А.Р.: По договоренности мы должны были находиться здесь гораздо дольше, и в планах у нас было посещение мастерских, выставочных пространств и т.д. Но визу нам дали не на такой большой срок, поэтому программа наша сжалась и сократилась.

Успели сформировать мнение о краснодарских художниках за это короткое время?

Л.О.: За эти 10 дней, что мы провели вместе, мы успели подружиться. Это даже больше чем дружба. Раньше я знал, что Россия – большая страна, что там есть Москва и Санкт-Петербург. Теперь же я узнал совершенно другую часть страны. Она, кстати, чем-то напоминает мне Южную Америку, где я жил. Особенно Пятихатки!

И что можете теперь сказать о современном искусстве в России?

Л.О.: Российское современное искусство, в принципе, не отстает от мирового. Сейчас, когда есть Интернет, совсем не сложно следить за тенденциями. Но в то же время тренды быстро распространяются и работы становятся достаточно разнообразными. Могу сказать, что в России искусство гораздо более политизировано, чем в Норвегии.

Е.П.: Я видел не так много, но успел отметить, что в России современные художники делают много работ ностальгических, пост-индустриальны. И, да, много политически направленных. Те ребята, с которыми я успел познакомиться, хорошо знают историю современного искусства, общаться с ними было интересно. Очень серьезные ребята.

Вы представители государственного вуза – Бергенской академии художеств. Здесь же у нас современное искусство развивает самопровозглашенный институт. Как считаете, велика ли роль академического образование для современного художника? Или это не так важно?

А.Р.: Это очень важно! Образовательная единица – это один из доминирующих элементов. Но, учитывая, что на сегодняшний день в России не существует грамотной структуры развития художественных тенденций и культуры в целом, я затрудняюсь ответить на этот вопрос точно. Тут нет арт-маркета, не существует грамотного галерейного подхода, не существует адекватной арт-критики, отсутствует институциональный фонд. А образование – это один из элементов в системе, все это должно быть в комплексе. В этом вопросе, конечно, очень важна государственная политика и поддержка.

***

Егиль Паулсен о своей работе:

– Проект называется "Wi-Fi Shamanism". Я создал компьютерную программу, которая транслирует сигналы Wi-Fi в том месте, где я нахожусь, и трансформирует их в цвета. Цвет обозначает уровень защищенности канала: если много зеленого, значит, его легко взломать, если красный – значит, сложно. Другие цвета меняются в зависимости от частоты каналов. Я прошелся по улице Красной, зафиксировал сигнал в нескольких точках и после отразил это в художественной работе. Каждый из кругов обозначает то или иное место – начиная от памятника казакам и заканчивая собором Александра Невского. На полотно я наносил их с помощью кисти, присоединенной к вращающейся дрели. А транслируемый на стену круг отображает сигнал Wi-Fi в здании "Типографии" в режиме реального времени.
На дополняющем композицию видео представлен процесс создания объекта – как я шел по Красной и фиксировал сигналы.

Хидэми Нишида о своей работе:

– Мой проект называется Next Utopia II (Krasnodar). Он передает дух места. Подобный проект, как я уже говорил, я делал в Италии, и это его продолжение. Там он, конечно, был совершенно иными. Но их объединяет концепция – создать элементы жилого помещения из найденных предметов. Все объекты для этого проекта найдены в этом здании – в "Типографии". Здесь у меня умещены гостиная, спальня, туалет, ванная, кухня. Все, в принципе, функционально, но здесь, конечно, важнее эстетика.
Я, скорее всего, буду продолжать подобные проекты. Концепция у них одна, а вот результат всегда разный, потому что разные предметы и разные ощущения. Я бы хотел делать их во многих и разных местах, фотографировать эти объекты и когда-нибудь издать каталог "100 Next Utopies".

Лассе Орикстад о своей работе:

– Когда я начинаю создавать, я не знаю, каким будет конечный результат. Для меня пространство – это как чистый лист бумаги, который постепенно заполняешь чем-то. При этом меня больше вдохновляют города, так что если бы мы провели больше времени в самом Краснодаре, то проект был бы совсем другим.
Одна из работ – коллаж из обрывков объявлений, сорванных на улице. Другая – большой кусок линолеума, найденных в Пятихатках на побережье. Я покрыл его краской и назвал "Черной море", это такая абстракция.
Также я хотел что-то нарисовать на стене внутри "Типографии", так как она очень текстурная. Для меня живопись – это не чьи-то портреты, а, в первую очередь, работа с текстурой, цветом. Изначально я нарисовал много ярких слоев, затем покрыл темной краской, чтобы был контраст, и прошелся по этому шлифовальной машиной. Для меня это такое архитектурное рисование; формат прост: я просто следую интуиции и решаю, опираясь не нее, что буду делать дальше, какой у объекта должен быть размер и т.д.
Также среди моих работ – скульптура, состоящая из прутов, которые я нашел в здании "Типографии", погнул их и покрыл цветом. Когда я что-то делаю, я часто вдохновляюсь музыкой, поэтому многие названия приходят из песен. Так, эта скульптура называется "Communication breakdown" в честь одноименной песни Led Zeppelin, потому что коммуникация у нас – основная идея выставки.

Для меня было большим удивлением узнать, что на территории юга России раньше располагались древнегреческие города. И эти плиты – частицы каких-то старых зданий. Поэтому я собрал из них такую композицию и назвал ее "Греция".

Александр Раевский о своей работе:

– Работа называется "Тупиковая траектория". Основная часть – это видеоинсталляция. Я считаю, что в менталитете советских людей, коими многие и остались в душе, идеалистическая мечта – проехать на море. Я был на разных морях, видел, как отдыхают люди. Люди, отдыхающие на нашем побережье, выделяются на общем фоне в силу специфических особенностей, свойственных именно им. И их я попытался запечатлеть, снимая короткие видеозарисовки.
"Тупиковость" траектории в том, что, люди движутся-движутся по жизни целый год, и когда они едут на море – это итог цикла. Но есть ведь гораздо более интересные и глубокие вещи в жизни, помимо этого замкнутого круга. И эта "тупиковость" рефлексируется и на все другие сферы жизни – на образ мышления, на общение с окружающими. Это такой лабиринт, где есть входы и выходы, и у нас есть множество возможностей выбора пути, но мы почему-то сами создаем себе границы, а они ведь всего лишь в нашем сознании, на самом деле их не существует. Такой лабиринт я и построил.

Смотрите также

Выставка "Рожденные пустотой" (фоторепортаж)


В комментариях недопустимы и будут удалены: реклама, оскорбления, мат, клевета, любые нарушения законов РФ.

Читайте также

Реклама на портале