Группировка ЗИП: О КИСИ, Краснодаре, кураторах и кофе

Арт-группировка ЗИП (Эльдар Ганеев, Евгений Римкевич, Василий Субботин, Степан Субботин, Константин Чекмарев) была создана в 2009 году в Краснодаре. Название оно получила от Краснодарского завода измерительных приборов, где художники провели свою первую выставку. 
В 2011 году участники арт-группировки ЗИП основали самопровозглашенный Краснодарский институт современного искусства (КИСИ), который базируется в Культурном центре "Типография"

В начале апреля 2014 года арт-группировка ЗИП и Краснодарский институт современного искусства (КИСИ) стали победителями Всероссийского конкурса "Инновация", который проводится Государственным центром современного искусства при поддержке Министерства культуры РФ.
Группировка ЗИП и активисты КИСИ (Юлия Капустян, Татьяна Стадниченко и Виктор Линский) победили в номинации "Региональный проект современного искусства" с проектом "Краснодар: линии плоскости. История КИСИ". За первое место в этой номинации вручаются приз, диплом и денежная премия в размере 400 000 рублей. 

После возвращения из Москвы художники дали интервью "Афише ЮГА" в стенах родной "Типографии". 
В беседе приняли участие Степан Субботин (СС), Василий Субботин (ВС), Эльдар Ганеев (ЭГ, Евгений Римкевич (ЕР), а также Юлия Капустян (ЮК).

С победой вас! Уже придумали, на что потратите 400 тысяч?

СС: Про деньги нам пока никто не говорил.

ЕР: Только премию дали. (смеются)

СС: На самом деле мы хотим создать своеобразный фонд. Многие же делают фотографии с выставок, что-то пишут о них, вот и будут из этого фонда получать зарплату. И еще планируем потратить на выставки разных приглашенных художников.

Т.е. не на себя, а на развитие "Типографии" и КИСИ?

ЭГ: На искусство!

Что вы почувствовали, когда вас объявили победителями?

СС: Мы в этом году как-то не ждали, честно говоря. До этого мы в течение четырех дней с 13:00 до 23:00 монтировали свою выставку в галерее XL (Центр современного искусства "Винзавод") и больше никуда не ходили. А тут пришли на "Инновацию", смотрим — фуршетный стол, решили расслабиться наконец-то после работы.

ЭГ: Мы не сидели на церемонии, мы были в другом помещении на фуршете. К нам подошла женщина с маленьким микрофоном на ухе и говорит: "Пойдемте к сцене!". Мы и пошли — я, Степа и Юля Капустян. Думаем, раз с микрофончиком, то надо идти. Эта женщина нас втроем возле сцены поставила, а там зачитывают про номинацию "Региональный проект". И тут Степа говорит: "Это мы, наверное, получили! Вот почему нас позвали!". Объявили ЗИП, мы выбежали, потом со всех сторон начали сбегаться Вася Субботин, Таня Стадниченко, Витя Линский. И нас была такая огромная толпа на сцене, мы все ликовали, веселились.

ВС: А на следующий день сразу же открытие в XL.

ЮК: Я, честно говоря, не поняла еще, что что-то произошло.

А что для вас вообще означает участие в таких конкурсах? Подобные формы поддержки важны для современных художников?

СС: Они нужны больше всего художникам из регионов. Потому что современное искусство в регионе не понятно и чуждо многим. Тем более, в нашем консервативном крае. И премия в области современного искусства за создание культурной среды — это для нас, конечно же, важно.

Существует мнение, что современные художники должны оставаться в стороне от каких-то государственных премий. А "Инновация" — именно такая…

СС: Премию "Инновация" в 2010 году дали арт-группе "Война"... Современное искусство итак находится в шатком положении, так что нет смысла еще эту премию как-то бойкотировать.

Расскажите о проекте "Краснодар. Линии плоскости. История КИСИ", который вы представляли. Что это за проект, о чем он?

СС: Эта выставка прошла в Центре творческих индустрий "Фабрика" в рамках V Московской биеннале современного искусства. Мы привезли проект, в котором собрали все выставки, отчеты, тексты, видео о деятельности КИСИ, начиная с завода ЗИП и заканчивая "Типографией". Это было сделано как тотальная инсталляция, она получилась очень жизненная.

ВС: Заявку по этой выставке подали два культурных деятеля: член экспертного совета "Инновации", обозреватель "Коммерсанта"Анна Толстая и член Международной ассоциации художественных критиков, галерист Наталья Тамручи. По правилам "Инновации" художник сам не может подавать заявку, только какая-то организация или структура.

СС: Наша выставка многим понравилась. Ее увидело много людей, отзывы от художников и критиков были положительные. А потом мы узнали, что эту выставку подали на премию. 
Какие-либо соревнования в искусстве, конечно, не совсем уместны, поэтому к подобным вещам всегда немного относишься скептически. Но в данном случае приятно, потому что это деятельность даже не группировки ЗИП, а краснодарской художественной среды и тех, кто ей помогает. 
У нас было три этапа развития КИСИ. Сначала мы собирались в нашей мастерской на ЗИПе. Мы, можно сказать, в шутку решили придумать институт, чтобы как-то расширить среду, чтобы приходили новые зрители.

ЭГ: Не в шутку, конечно.

ВС: Это больше задумывалось как художественный проект.

СС: Потом в 2011 году пришел Николай Мороз и предложил сделать "Типографию". Затем какое-то время у нас было сложное положение, и пришел Евгений Руденко. Получилось, что мы уже становимся каким-то институтом, у которого есть поддержка.

СС: КИСИ, скорее, появился изнутри, вырос из культурного гетто. Очень хотелось, чтобы в этом гетто что-то начало происходить: чтобы кто-то приезжал в Краснодар, чтобы были выставки не только краснодарцев, но и других художников, проходили лекции. Чтобы началась какая-то культурная жизнь. И вот КИСИ начал появляться снизу, с первых лекторов, которых мы сами привозили, скидываясь, сдавая кровь...

Сдавая кровь? Серьезно?

СС: Да, у нас была такая акция. Сдавали кровь, чтобы привезти лектора. Сейчас с этим, конечно, гораздо проще. КИСИ и "Типография" уже работают как институция.

ЕР: У нас сейчас есть основательная база, за счет которой можно что-то делать, создавать, тех же лекторов привозить.

СС: Да, и во все эти проекты, связанные с образованием и выставками, мы хотим вложить деньги премии.

Многое из ваших проектов делается здесь, в "Типографии". А основная мастерская на ЗИПе осталась?

СС: Да, там же. Зимой там холодно было, а летом перебираемся обратно. Хотя нас, кстати, выгоняют оттуда.

За что?

ЕР: За аренду.

СС: Говорят: "Платите в три раза больше". Будем искать новое место.

В 2013 году вас тоже номинировали на премию "Инновация", но тогда вы не стали победителями. Чего-то не хватило, или просто звезды так сложились?

ЭГ: А у них такая система. И на премии Кандинского, и на "Инновации": в первый раз не дают, а во второй или в третий раз дают. (смеется)

Теперь цель — премия Кандинского?

ЭГ: Конечно!

СС: На премию Кандинского, кстати, самому можно подавать заявку. Но мы этого не делали. Наш проект в 2013 году подавал исполнительный директор Московского музея современного искусств Василий Церетели. Мы участвовали в проекте, который там выставлялся.

Есть уже какие-то мысли по поводу следующей премии? Или по-прежнему сами не будете подавать заявку?

ЭГ: Прием на премию Кандинского идет до середины мая, надо подумать.

СС: Понимаешь, как получилось. То, что нам сейчас дали премию, это правильно. Это такое большое общее дело — развитие современного искусства в Краснодаре. Проект про это был, за это получили премию.

ЭГ: Тут еще такой интересный момент. Премию "Инновация" дают за какую-то выставку или произведение искусства. И номинировалась на премию выставка "Линии на плоскости". А реально дали за нашу деятельность, за общий вклад всех художников в развитие искусства. Потому что Краснодар сейчас на слуху по всей России. В очень большой степени заслуга КИСИ. Поэтому премию и дали, да.

СС: Это, может быть, даже не КИСИ заслуга, а заслуга среды. Эта среда была всегда, просто раньше не было места, вокруг которого она могла бы как-то сплотиться. 
Тут сыграли еще и плюсы помещения "Типографии": оно в центре города, это реальный выставочный зал. Это, конечно, оказывает большое влияние на деятельность. На ЗИПе у нас гораздо меньше масштаб был.

Вы активно занимаетесь просветительской деятельностью... На что-то еще остаются силы?

СС: В этом смысле раньше нам проще было. Потому что мы месяц делали свою выставку, месяц — кому-то. А сейчас так получается, что мы постоянно кому-то делаем.

А сами выставляетесь не в Краснодаре, а в других городах?

СС: Да, нас куда-то зовут, и там мы делаем свои проекты. В промежутках, когда здесь не заняты.

Вы спите вообще?

ЕР: Нет, мы кофе любим. (смеется)

СС: "Типография" — это как такая арт-коммуна. Сюда приходишь и уже начинаешь творить. Проект "Линии плоскости" мы именно в "Типографии" нарисовали, в процессе. Это очень мощная творческая площадка — то-то кому-то готовишь, делаешь, рисуешь, обсуждаешь.. Тут, конечно, масштабные вещи не сделаешь, но многое мы и тут делаем. Рисуем, в основном.

ЕР: Почему? Один проект мы тут делали очень масштабный.

СС: Это один проект за два года!

ЭГ: Именно наша выставка тут была только одна за два года — "Все включено"

У вас в последнее время наблюдается особенно тесный культурный обмен с Ростовом. Это преднамеренно или стечение обстоятельств?

ЕР: Просто так выпало. Получился обмен: выставка "Ублюдки. Кровь — это не вода" на выставку "Тепло. Еще теплее"
Мы вообще со всеми регионами сотрудничаем. Раньше еще в Воронеж ездили, теперь планируем воронежскую выставку в Краснодаре сделать.

СС: Еще мы в Екатеринбург собираемся, там будет резиденция для художников. Нам важны такие коммуникации, которые мы можем сами налаживать. Захотели, чтобы Ростов к нам приехал, они приехали. Или Ростов и Воронеж захотели нас у себя видеть — приехали мы к ним. И получается, что по личным инициативам настраиваются коммуникации между художниками, в обход институций, министерств культуры и Москвы. 
Художники просто ездят по всей России и обмениваются опытом. Происходит децентрализация. Как раньше было: все едут в Москву, пытаются пробиться в галереи. Сейчас другая ситуация. Художники работают у себя в регионе, делают выставки, при этом можно общаться со всем миром, подавать заявки через Интернет. Можно легко делать искусство в своем городе и чувствовать себя прекрасно, может быть, даже лучше, чем в Москве. 
К нам вот приезжал куратор международного уровня Дэвид Эллиот, мировая звезда кураторства. Смотрел, что происходит в Краснодаре.

И что сказал по итогам увиденного?

СС: Он нас отобрал в свой большой проект, который будет на молодежной биеннале в Москве. А так он просто попал в неофициальную творческую среду, ему понравилось. Многим иностранным кураторам, на самом деле, интересно, что происходит в России. Не в Питере или Москве, а в регионах.

ЭГ: И в этом, кстати, большой плюс получения премии "Инновация" — зарубежные кураторы узнают, что есть такой Краснодар, а нем есть современное искусство.

СС: Мы считаем, наша главная задача в том, чтобы у местных художников была возможность развиваться, пользоваться площадкой КИСИ, слушать лекции, общаться с кураторами.
В Краснодаре есть проблемы с поддержкой современного искусства, поэтому для города премия "Инновация" — это важно. А для нас как художников… Это в спорте надо быть выше, сильнее, как-то себя показывать, а в искусстве такого не нужно.


Читайте также